Dark Fairy Tale: upheaval

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Dark Fairy Tale: upheaval » Прошлое » 18.04. Funhouse


18.04. Funhouse

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

Время: 18.04 текущего года. Какой год то сейчас, госпади? Поздняя ночь.
Местоположение: магазинчик Йованна.
Участники: Йованн, Ева Аве
Предыстория:
Господин Брамс возможно и обладал прекрасной пекарней и кондитерской в Валдене, но был идиотом. Ему не хватало ни деловой хватки, ни ума, чтобы привлечь покупателей. Зато он был щедро одарен чувством собственной важности, и в случае чего в своем провале винил окружающих, нежели себя. В один прекрасный день ему показалось, что украсть рецепты Йованна и узнать все кондитеркие тайны вампира- прекрасная затея, но так как он честный предприниматель, то сделать это должен был кто-то другой.
Кто-то другой нашелся очень быстро.

Отредактировано Ева Аве (2018-03-05 02:47:21)

0

2

Скрестив ноги в позе лотоса, Ева гордо восседала на рабочем столе господина Брамса. Тот в свою очередь делился с ней своими насущными проблемами. Он говорил, говорил очень много и очень долго, иногда неловко жестикулируя и останавливаясь на полуслове. Ломанные фразы, тщательно подбираемые слова, глубокие выдохи, прерываемые постукиванием пальцев или небрежным одергиванием воротничка. Все, лишь бы его проблема не показалась совсем уж несерьезной. Ева молчала, в упор уставившись на него. Ей по сути было все равно на всю его чушь, на его причины и проблемы, но перебивать человека, который так старательно пытался отвести глаза, но не мог, она не собиралась, а наоборот, все ближе и ближе наклонялась вперед, расширяя глаза, словно болезненная на всю головушку. А Брамс был вроде как интеллигент и ему казалось, что он недостаточно красноречив и из рук вон плохо объясняет, иначе как понять молчание этой облезлой девки, что так нагло залезла на стол, и похоже, слезать оттуда не собирается. Как будто ее не приучили сидеть по-человечески. Тьфу, дурр-ра!
Но он вытерпит все, лишь бы насолить этому проклятому Йованну.
-Это очень важно для меня, все мои финансовые проблемы должны разрешиться и…
-Я сделаю это,-Брамс начинал заход на второй круг. Пришла пора прервать его пытку и обнадежить.
-Говорят, что ты берешь какую-то особую плату,- а вот любимая часть сделки. Сейчас он начнет предлагать ей свои дурацкие деньги или что-то еще, что имеет несомненный вес, но настолько бесполезно, насколько бесполезно пытаться отчистить столетний слой краски с лица Евы.
-Сейчас у меня очень трудно с деньгами, но есть украшения моей покойной жены и даже парочку артефактов, которые трудно достать.
-С таким мужем я бы тоже предпочла умереть,-Ева хмыкнула и почесала лоб, соскребая с него старую побелку. – Я возьму плату твоими чувствами.
-И это все?-казалось, Брамс в этот момент подумал, что названная монстром цена оказалось не серьезной.
Ева предпочитала не отвечать на такие небрежно брошенные слова. Она схватила руку мужчины, тот попытался ее вырвать, но тонкая струйка крови и внезапно пронзившая ладонь боль остановила его. Скрытые под слоем растрескавшегося грима щеки Евы зарделись румянцем. Губы дрогнули и расцвели беззаботной улыбкой, что появляется только у романтишных возвышенных особ в период ухлестываний за ними настойчивых кавалеров.
-Это – все,-Ева отпустила руку мужчины и размазав по своим щекам его кровь, непринужденно спрыгнула со стола. Шаг, второй, поворот и прыжок в зазеркальный мир, объятия которого были нежнее любых сентиментальных парней.

Итак.
План был прост и надежен, как швейцарские часы. Он включал в себя:
Пункт первый – вернуться домой и дождаться ночи.
Пункт второй – наведаться к Вейрене, что в это время обычно уходит на очередную встречу с очередным идиотом, и пошарится у нее в закромах. Все просто – умная Вейрена, кроме мужиков любит еще и создавать лекарства, поэтому у нее можно откопать мноооого всего интересного. Вот например, этот белый порошок, под названием Фур-Хур-ен…, не важно в общем-то, вот этот самый порошок, если его переборщить, вызывает страшную боль в животе из-за того, что там начинают порхать бабочки. А эта бесцветная жидкость при неверной концентрации – сильную аллергическую реакцию, синие пятна по всему телу с волдырями и зуд языка. Просто невероятный клад! Как хорошо, что Ева как-то раз взяла привычку подглядывать за аптекаршей. Сначала от нечего делать, а потом с явным интересом и дальнейшими экспериментами по всему городу.
Иииии, пункт третий! К исполнению которого прямо сейчас она и перешла. Каблучки узких туфлей цокнули по паркету и Ева, сложившись в три погибели, кое-как вытолкнула себя из границ зеркала. Будь тысячу раз проклят тот, кто покупает себе маленькие зеркала. Гори в Аду, жадный ублюдок! Проверив целостность пузырьков в карманах, девушка воровато огляделась по стонам коридора. Все вокруг, как и ожидалось, было тихо, без признаков задержавшихся рабочих и иной жизни.  Беззаботно распахнув первую попавшуюся дверь, Ева заглянула внутрь. Стерильная кухня, наполненная запахами из детства, когда цирк еще располагался на одном из берегов Шлатты и устраивал представления для всех желающих. Лавочники привозили свои сладости, один умелец надувал огромные мыльные пузыри, что лопались только через два дня, но даже в беззаботном детстве Еве нельзя было кушать пирожные (наверное именно поэтому она выросла такой сукой).
Пошарив по полочкам, Ева нашла банку с кондитерской посыпкой и не долго думая, вытряхнула туда белый порошок. Потрусив банку, она поставила ту на место, переходя к дальнейшим поискам. На этой кухне было все, кроме рецептов Йованна. Оставался только высокий стеллаж на противоположной стене. Там отыскалась небольшая книжеца с личными заказами клиентов. Из нее сразу же были вырваны последние страницы и засунуты в карман. И какая-то колба, в красной искрящейся воде которой плавало нечто и тут же заставляло задать кучу вопросов.
-И вот что это за хрень?-первый из них, произнесенный вслух. Остальные были из разряда – а что будет, если разбить колбу, перенести ее в свой дом, выпить (нужное подчеркнуть). Ева предпочитал, чтобы эти вопросы оставались без ответа.

Отредактировано Ева Аве (2018-03-05 02:22:57)

+1

3

Нечто красное и бурлящее было, несомненно, шедевром хозяина, но вряд ли кому-то в голову пришло бы его пить или разбивать. Наверное, потому что в магазинчике обычно не было Комедиантов.
Удивительно, как сам Йованн не загремел в них еще лет n-надцать назад.
Бурлящее, ощутив чужого в святая святых, принялось само своеобразно раскачивать колбу. Что страшнее - светиться и шипеть. Алое распространялось мягким светом по комнате, становясь все ярче и выдавая светом в окнах ночного посетителя.
Шипение медленно перерастало в гурожающий вой, запахло вишневым вареньем.

Куда идти, если ты трудоголик? Конечно, на работу! Куда идти, если ты успел поспать между закрытием магазинчика и прекрасной, чудесной ночи? Конечно, на работу!
Вот  Йованн и шел, довольно вдыхая запахи Валдена, свежей зелени, старательно обходя торговца рыбой, что спорил с каким-то совсем уж поздним покупателем.
Водмышкой были записи о новом меню, которые он собирался оставить в магазинчике. Разумеется, он хранил все там. Ибо кому в здравом уме придет в голову лезть к нему?.. Потом можно и пирожных не получить.
Работники были давно отпущены, они были не настолько труголичными, как их босс, но мастеру Йованну это не мешало. Тише все будет - дальше уедут мысли в степь новых пирожков с черникой и листьями миоссы водной.
Вампир был полностью погружен в мысли, так что когда завернул за угол, не сразу понял, что в магазине что-то светится. А когда понял, то рванул за предельной скорости, на бегу теряя синюю шляпу, которую только вчера купил после долгих поисков по портным. Черт с ней, с шляпой!
В магазинчике никого не могло быть, и все это ему определенно не нравилось. Флакончик крови, который с собой таскал любой вампир для магии или тупого залечивания ран, уже был зажат в кулаке, чтобы разбить или выпить если что.

+2

4

Та самая живая субстанция, потревоженная Евой, внезапно начала показывать свой агрессивный характер, шипеть, искрить и сиять алым заревом на всю кухню, как будто девушка недостаточно нежно потрогала ее домик за стеклянный бок. Возможно, они бы смогли с ней подружиться, но увы, не сейчас. Сегодня между ними сильные разногласия и светопредставление, похлеще чем у Комедиантов на выступлениях. Ева поставила колбу на стол и набросила на нее сверху первое попавшееся под руку полотенце. Красный свет, исходящий от нее, еле-еле пробивался сквозь плотную ткань, но колба все еще трепыхалась и подпрыгивала, отбивая по столешнице загадочный ритм.
После всех поисков Ева заберет эту штуковину с собой и разобьет в чье-нибудь квартире. Будет весело.
Ну а пока… Подставив стул, девушка чуть ли не полностью залезла в недра стеллажа, по-хозяйски копаясь в его содержимом, как у себя в шкафу (которого у нее нет). Банки с медом и вареньем, всевозможные разноцветные посыпки в коробочках, вкуснопахнущие ароматы в склянках. На секунду Еве показалось, что она сможет почувствовать их вкус. Совсем как в детстве, в котором материальный мир казался таким наполненным до краев.
-Липовый мед,-глаза, привыкшие к тьме зазеркалья с легкостью читали рукописные буквы. Крышка отлетела в сторону, и пальцы зачерпнули немного тянущейся янтарной массы. Липкая сладость оказалась безвкусной на языке, как будто она облизывала свою кожу. Ничего нового. Ева разжала пальцы, банка легко выскользнула из ее рук, упала и разбилась о пол. Тягучий мед медленно расползался в разные стороны, смешиваясь с осколками стекла, угрожающе торчащими острыми гранями вверх.
-Орешки? -На зубах как комья сухой земли. Черничное варенье? Очередная пустышка, липкая дрянь, окрашивающая язык, но не приносящая ни удовольствия, ни насыщения. «Бааамс» - и банка с вареньем летит на пол уже с замаха, разлетаясь вдребезги и заполняя размашистыми черными штрихами стены кухни и плитку, напоминающими следы от чьих-то когтей. Длинные полосы на светлой стене, насыщенно-темные подтеки, стремящиеся навстречу к медовым рекам. Смелая картина, которую дополнила россыпь марципан, сухих фруктов и яркие вкрапления кондитерской посыпки.  Надоедливые разноцветные шарики даже на руках, прилипшие к испачканным пальцам и от этого теперь остающиеся везде – на волосах, щеках, одежде.
Ничего, даже удаленно похожего на рецепты в шкафу не было. Возможно, пришла пора сменить место поиска, но увлеченная дегустацией кондитерских "вкусностей" и мародерством Ева не сразу заметила чьи-то приближающиеся шаги. Прятаться было некогда, оставалось лишь подготовиться. В руке монстра сверкнул своими острыми гранями зеркальный осколок.

+1

5

Приближались не просто шаги - Йованн бежал. Кто-то вознамерился мародерствовать на его кухне! Позор, гнев и смерть никчемному существу, что решил, будто можно вот так просто ворваться и хозяйничать! Оставалось-то улицу перебежать, дальше уже шум и грохот в лавке слышался явственно. Или ему так просто казалось, потому что он знал, что там кто-то есть?

Второй флакончик, удобно уместить в руке, чтобы если что, сразу разбить. Йованн, не смотря на торопливость, не влетел в магазинчик - опасно, и просто вошел, осторожно ступая и пытаясь не взвыть от открывшейся картины. Если само маленькое кафе и касса были целы, то осколки валялись даже в коридоре, у кухни!
"Голову оторву!"

Вот кого он готов был скормить Хейлису!
- Выходи.
Сомнительно, чтобы это была кошка. Или собака. Или хотя бы кто-то разумный! Нападать на магазин вампира! Да потом от своей же крови не отмоешься! Рассыпанное драже, посыпка... Почти удушающе пахло сладким, пахло всеми его ингредиентами! Всем, что он привозил, покупал, заказывал у фэйри. Йованн готов был взвыть и закрутиться на месте, если бы в магазинчике никого не было.

Флакон, второй. Алая штуковина под полотенцем заворчала сильнее, забурлила, раскачивая банку и чуть ли не полку следом. Алый свет пробивался сквозь плотную ткань тряпки. Йованн слышал, но не реагировал, пытаясь услышать за этим незнакомца. Сам стоял не шевелясь, уйдя в тень и выжидая.

Возможно, он бы даже поверил в сиротинушку, который был голоден и никогда в жизни своей не видел печенья и конфет, если бы, мать его, это не был бы его магазинчик! Зайти, возьми с полки пирожок и уйди, тебе это даже простят. Но не когда ты устроил всемирную катастрофу, высыпал и вылил все содержимое. Мед! Вот чем так пахло. Сволочь, убью.

+1

6

Шаги приближающегося существа стали аккуратными и тихими, такими выжидающе-крадущимися, точно в темноте коридора Еву караулил большой кот, заметивший добычу. Но монстр видел его очертания, и это был далеко не кот. Брамс говорил, что хозяин магазинчика некий белобрысый Йованн, которого Ева совершенно не помнила на внешность, может потому что его лавочка была ей не интересна, а может потому что раньше не замечала. Но кроме него есть и другие работники. Поди теперь отгадай, кто же решил сегодня ночью проверить кондитерскую и обнаружил тут такой высокохудожественный погром. Экспрессия смешивающихся запахов и цветов, что в темноте ночи оставались лишь серыми пятнами. Но кроме этого... наверное, кондитеры находят приятными запахи ванили, карамели, шоколада. Клиенты считают их аппетитными. А вот Еве больше нравился лёгкий аромат гнева и злобы, что исходил от внезапного свидетеля. Вот бы они стали еще сильнее! Еще ярче! Настолько, чтобы смогли перебить приторную какофонию ванильно-медовых вкусов.
-Ага, конечно!- Ева звонко по-ребячески рассмеялась своим искусственным пустым смехом и смела на пол половину запасов с верхней полки. Что-то разбилось. Что-то разлетелось по всем углам, глухо ударяясь по полу. Что-то пролилось и растекалось по полке, вымазывая ту в липкую субстанцию. Ева поймала падающее яблоко, и, не долго думая, запульнула его в сторону прячущегося во мраке человека. Выходить она совершенно не собиралась, как и слушаться кого-то, кто не являлся главой Комедиантов. Только к нему монстр испытывал неподдельное доверие и привязанность. Возможно, потому что понимал – так правильно и только такому порядку она должна следовать. А возможно, действительно это чувствовала, в те редкие часы, когда находился рядом с ним, ведь когда-то давно он научил Еву не бояться своей силы и принять ее.
-Мне тут надо кое-что узнать…
Ловко перепрыгнув со стула на стол, Аве элегантно и легко прокрутилась на одной ноге, носком второй вычерчивая на столешнице ровный круг, ограничивающий зеркальную поверхность прямо под ней. Осколок стекла, зажатый в руке полетел в гору вымытых и сохнущих блюдец. Послышалась приятная уху музыка разбивающейся керамики. Следом за ним возник второй - полетевший вновь в сторону двери и застрявший в дверном косяке.
- И я сразу прекращу,-удивительно, как у такого существа был такой мелодичный голос.
-Обещаю.

+1

7

Йованн старался быть спокойным. запахи кондитерских присыпок, пудр, специй оседали плотным облаком на все, пропитывали каждый сантиметр. Заставлял злиться, потому что, кроме любви, за все это еще и было уплачено. Немалыми деньгами, чтобы подавать на столы посетителей то, за что будет не стыдно, что будет отвечать стандартам качества.
Сжать зубы и терпеть. Звать Стражу уже бессмысленно - все перебито, уничтожено. Ощутимо задергался глаз.
Вылезать из своего укрытия Йованн не собирался. Особенно, когда нечто врезалось радостно в косяк, заставив передумать атаковать в лоб.
Итак.
Это девушка, и она что-то хочет узнать. Молодая девушка, по крайней мере по голосу. Который был, к сожалению, незнаком.
- И что ты ищешь? Может, помогу? - усмехнулся он.
Реальность была словно ненастоящей - все разбросано, разбито, в магазинчике темно и до одури пахнет белой ванилью, которую выращивали умельцы из Сказки. пятьдесят лайнов за сто грамм между прочим!
Стерва.
Громкий грубый звон банки под полотенцем стал решающим моментом, хоть Йованн и не выглядел даже после того, как во все стороны полетели горячие брызги. оставляющие на коже малиновые, не сходящие долгое время, ожоги. Я тебя найду, сука. Хоть по голосу, хоть по следам.
- Ну как, нашла? - злорадно поинтересовался кондитер, отправляя винг единственному, по чьему профилю был этот случай.
Глава гильдии Стражи, браво вернувшийся после победы над кратонным проклятием к началу ужаса на улицах Валдена, был ему должен.

0

8

Еве очень хотелось ответить на все вопросы Йованна, передразнивая его и смеясь, словно разумно смеяться в сложившейся ситуации. Ответить, несмотря на то, что она совсем не любила разговаривать. Живя среди бездушных отражений и нагромождения нематериальных предметов, сложно быть разговорчивым. В данную секунду болтать вообще было просто опасно, ведь агрессивная субстанция решила, что ей жизненно необходимо присоединиться к разгрому кухни лично. Ева в общем-то разделяла ее позицию и ничего не имела против ее присутствия, если бы хлопок от взорвавшееся колбы не стал бы слишком внезапным, а субстанция – такой жгучей. Ева взвизгнула так, словно кто-то провел ногтями по стеклу. Ненавистный мерзкий вампир! Ненавистные капли жгучей кислоты, огнем горевшие на коже. Чертова склянка! Чертова жидкость внутри нее! Возможно, содержимое и  было тайным кондитерским ингредиентом Йованна, но вело себя оно очень агрессивно.  Это вообще можно добавлять в еду? Как вообще с таким набором реагентов магазинчик стал популярен? У монстра был один путь к отступлению, и он находился под ее ногами. Там холод. Там покой.
Раз! И границы словно не существовало! Два… Ева полетела вниз, как осужденный, у которого из-под ног выбили ненадежную опору. Только если у казненного не было больше выхода, кроме как корчиться, задыхаясь от удушающей его веревки, то у Евы сразу же появлялась сотня вариантов. Тысяча выходов. Можно было подождать удобного момента, зализывая раны, можно было отыскать квартиру Йована и продолжить громить его личные апартаменты, можно было все, что хочешь. Главное выбрать без заминки. Главное – дать гневу и ярости затуманить мозг, дать боли проникнуть внутрь тебя, стать твоим зовом, стать твоей жаждой.
В зазеркалье тело вновь приняло свои привычные формы, спешно устремилось туда, откуда недавно монстр попал в магазинчик вампира. Три пары разномастных рук прильнули к поверхности зеркала.  Мерзкий вампир был где-то там, за тонкой гранью между миром пустых отражений и хрупкой реальностью. Монстр наклонился вперед, как пловец, готовившийся к старту, нырнул наружу, кувыркаясь и ощущая под ладонями твердый пол кондитерской.
У Евы никогда не было принципов, не было понятия о чести и о прочей мишуре, о которой принято говорить и которой принято гордиться, поэтому нападать из-за спины было для нее делом обычным. Ей было просто больно и просто хотелось причинить боль другому. Привычное движение. Ей даже задумываться не нужно, чтобы выпустить в кондитера град осколков, теперь уже не целясь исключительно в дверные косяки.
-Ничего не ищу!-монстр прохрипел. Ее душила собственная злоба. Что там просил этот олух? Рецепты? А может голову вампира на блюдечке? Ладонь в пережеванной кислотой перчатке легла на стену, зеркальная плоскость тут же растеклась по стене.

+1

9

Осколки стали неожиданностью. Йованн ожидал скорее чего-то более... физического - кулаков, пинков, эйнхерии какой-нибудь, потому что так разгромить лавку мог только чертов варвар! Монстр!
Ничего не ищешь, да?!
Вампир выругался. Крови больше не было, а до запасов внутри магазина уже не добраться - или их уже просто нет. Ранило, ощутимо в руку, и кондитер пережал ладонью руку под напитавшейся кровью ткани. Сука!

Хлысты не удержишь с такой рукой да и хватит на два удара по невидимому врагу, только потратит лишнее и обессилит себя. С-суу-у-ка.
Единственным выходом было выбежать из магазинчика и уйти в тень. Чужого дома, этого, совсем не имеет значения. Там хотя бы разъяряться на погром своего имущества, хотя итак должны были уже собрать зевак!

Окна горели, шумели, магазин-то был не на окраине, так что вокруг, на вторых этажах спали владельцы ближайших торговых точек. Йованн вынырнул из своего волшебного заведения, будто боясь, что сейчас крыша рухнет стеклом. Ничего. Не я, так соберу вампиров, война объявлена.
"Где твои стражи, Тень, когда они так нужны!"
Как обычно. Ничего не изменилось с реальности.

- Вызовите стражу! - крикнул он кому-то первому попавшемуся, кто посмотрел в окно, раскрыв створки.
Рука болела, было почему-то больно щеке - не дай бог задела за лицо!, в целом было позорно убегать, но он вообще-то мастер по артефактам, а не боец.
Сука. Чертова дрянная сука. Ты еще попадешься мне.

- Какого черта так долго?! Там, в магазине. Девушка.
Знакомые плащи, которые он привык обходить стороной. И надежда, что Ева разгромила все незаконное, что не заныкано слишком далеко, а прочее стражу будет не интересовать в рамках приказа своего обожаемого темного начальства.

+1

10

Была команда «фас» — и как бы ни хотелось зайтись кашляющим смехом, приказ есть приказ. В конце концов, на этот раз док обошёлся простым «разберись» и избежал этих своих нотаций. За повелительским хлебалом всё ещё просматривалось стандартное «пожалуйста, без лишних разрушений», но кому какое дело, если четвёртый отряд снова в сборе, а?

— Пошевеливайтесь, с-сукины дети! Без нас всё веселье простаивает!

«Четвёртый отряд», «стражья свора», «смертники» — как их только не называли. Среди эйнхериев, и так готовых подохнуть в любой из дней службы, затесались несколько бессмертных спиритов и даже парочка повелителей ужаса. Идеальная команда, сраная гильдийная элита, а за глаза — просто компашка дурных на всю голову отморозков, готовых взяться за миссию любой степени неадекватности. После команды сверху, разумеется.

— Потому что, — учтиво начал Ротт, сплёвывая недокуренную сигарету на мостовую и придавливая подошвой сапога, — у нас есть ноги. А ноги — ходят. Иногда бегают. Настолько быстро, насколько могут, но всё ещё не летают и не телепортируется. Смекаешь? Зак, дружище, займись им.

Подоспевший спирит легко прошёлся бесплотными пальцами вдоль руки Йованна, заживляя свежие раны. Ротт хмыкнул, отвернулся и оскалился — широко, искренне, в предвкушении. Всё веселье ждало внутри.

Ну, док ведь не вызвал бы его, будь там и вправду всего одна жалкая девчонка? Нет. Не-ет. Док был из этих, из планирующих, из стратегов и рассуждателей по делу и не очень; всегда был. А значит, внутри поджидало интересное! Опасное, грозное — ну не весело ли? О, ему будет весело! И ребятам тоже.

— Всё как обычно, братцы! — рявкнул он, разминая плечи и подходя ближе к двери. — Без изменений. Марла пойдёт со мной. Ты, мордастый, тоже. Погнали, работаем, кто заметит девчонку — дайте мне знать! Хочу глянуть, чего ради нас вызвали в такую славную ночку.

Мысок сапога небрежно пнул входную дверь, и Ротт, насвистывая сочиняемую прямо на ходу мелодию, двинулся вперёд. Давай, загадочная тварь-из-кондитерской. Покажи зубы.
[nick]К.Д. Ротт[/nick][status]VROOM VROOM MOTHERFUCKER[/status][icon]https://i.imgur.com/CwzKVFA.png[/icon][SGN] [/SGN]

+1


Вы здесь » Dark Fairy Tale: upheaval » Прошлое » 18.04. Funhouse


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC